главное сегодня:
Семь лет назад решение федеральных властей, разрешивших фермерам самостоятельно производить и продавать вино, стало для Ростовской области мощным импульсом. Для региона с давними казачьими традициями виноградарства и собственными автохтонными сортами это открыло новые возможности. На Дону начали активно закладывать виноградники, строить небольшие шато, открывать погреба и развивать винный туризм. Однако сейчас ситуация в отрасли заметно изменилась: доля донского вина на российском рынке, как утверждают участники отрасли, сократилась в шесть раз, несколько известных хозяйств уже выставлены на продажу, а владельцы других все чаще говорят не о расширении, а о риске закрытия. Об этом рассказала «Российская газета».
Владелец «Усадьбы Саркел» Игорь Губин признает, что отрасль подошла к переломному моменту.
- Мы достигли того, о чем десять лет назад не мечтали. Но сегодня вышли на плато - по объемам, спросу, ассортименту. И теперь непонятно, либо мы достроим полноценную индустрию, либо получим жесткий откат назад. Судя по тому, что происходит, я склоняюсь ко второму сценарию развития событий.
По его словам, ответственность за происходящее нельзя возлагать только на одну сторону. Виноделы указывают и на собственные просчеты, и на решения федерального центра, но ключевой проблемой называют отсутствие согласованной работы между различными уровнями власти и структурами, от которых зависит жизнь отрасли.
- Нам нужна согласованность Федерации и области, требуются четкие межведомственные коммуникации. Пока этого нет. Сначала неадекватно растут тарифы, потом начинаются проверки на мелочах. Это похороны собственных инвестиций: государство сначала дало многомиллионные субсидии, вложилось вдолгую, но несогласованные действия местных структур все рушат.
Одним из поворотных моментов сами участники рынка считают передачу виноделия в 2023 году из департамента потребительского рынка в областной минсельхоз. Формально это выглядело логичным шагом: именно аграрное ведомство отвечает за субсидии, гранты и профильные меры поддержки. Но на практике, как рассказывают виноградари, после этого порядок получения помощи стал менее понятным, а сроки и условия — гораздо жестче.
Николай Молчанов, который обрабатывает 26 гектаров виноградников, говорит, что еще недавно система поддержки работала предсказуемо и позволяла выстраивать производственный календарь без сбоев.
- Еще пару лет назад все было нормально. Субсидии приходили в несколько этапов, и мы этими деньгами закрывали все работы в сроки, заложенные природой и производственным циклом. Первая выплата на посадку - до 15 мая. В конце июня - субсидия на шпалеры. В конце октября - на уходные работы. Планировать бюджет было легко, деньги приходили именно тогда, когда нужны.
Но затем, по его словам, что-то изменилось.
- В 2025 году система дала сбой. Первую субсидию выплатили в сентябре, за шпалеры мы вообще, кажется, ничего не получили. А в этом году нас "обрадовали": чтобы компенсировать уходные работы на молодых виноградниках, документы надо сдать до 25 апреля. Но работы ведутся до осени! Это не вяжется ни с природными циклами, ни с логикой виноградарства. Условия ставят так, что получить субсидии практически нереально.
Схожую оценку дает и фермер Юрий Химичев. По его словам, новые требования фактически делают получение поддержки почти недостижимым, поскольку сроки отчетности не совпадают с реальными агротехническими сроками работ в виноградарстве.
- В этом году мы обратились в минсельхоз за субсидиями, и нам сообщили, что все уходные работы (посадка, обработка, внесение препаратов, выплата зарплаты) теперь должны быть выполнены до конца апреля, иначе субсидий не будет. При этом всем очевидно, что выполнить такой объем работ в указанные сроки нереально.
Отдельной проблемой виноделы называют грантовую политику. Химичев рассказывает, что получил грант в размере девяти миллионов рублей, вложил еще около 15 миллионов собственных средств и выполнил заявленные условия, кроме одного показателя — экономического результата по итогам прошлого года. По его словам, причина была связана с официально признанной чрезвычайной ситуацией федерального уровня, то есть с форс-мажором, который был зафиксирован властями. Тем не менее фермеру, как он утверждает, грозит иск о возврате полученного гранта.
- Фото- и видеодоказательства ЧС есть, с ними все соглашаются, - говорит Химичев. - Но деньги требуют вернуть.
Еще одна постоянная статья затрат, на которую, по словам виноградарей, не распространяется господдержка, — укрывные работы. Ростовская область остается самым северным регионом России, где виноград выращивают в промышленных масштабах. Без укрытия лоз на зиму такие посадки здесь не сохраняются. Именно климатические перепады, как отмечают производители, отчасти и формируют характерный насыщенный вкус местного вина, но та же особенность резко увеличивает себестоимость: осенью лозу нужно укрывать, а весной раскрывать, и значительная часть этой работы выполняется вручную. Виноделы не первый год добиваются, чтобы такие затраты субсидировались на региональном уровне, однако пока этого не произошло.
Помимо недоступных или запаздывающих субсидий, хозяйства сталкиваются и с растущими расходами на подключение к инфраструктуре. Если поддержку они не могут получить вовремя, то за ресурсы, напротив, вынуждены платить все больше.
Молчанов приводит пример резкого роста стоимости технологического присоединения к электросетям.
- Когда я открывал винодельню, затраты при первом подключении на 15 киловатт составили 500 рублей. Увеличение мощности на 10 киловатт стоило уже 15 тысяч, третье - более 50 тысяч. А когда я недавно обратился за увеличением мощности еще на 15 киловатт, мне выкатили чек уже на полтора миллиона. Для фермерского хозяйства это астрономические деньги. Конечно, я был вынужден заморозить проект.
По оценке фермеров, речь идет о росте тарифов на техприсоединение в тысячи раз за несколько лет. Для небольших хозяйств такие суммы означают отказ от модернизации и расширения производства.
У Юрия Химичева претензии связаны не только с тарифами, но и с качеством самой услуги. Он говорит, что сети работают нестабильно, а перебои с электричеством происходят регулярно, особенно в непогоду, тогда как поставщик, по мнению аграриев, не несет соразмерной ответственности за качество энергоснабжения.
- Наши сети в ужасном состоянии. Ветреная погода - и свет почти гарантированно отключается. При этом если задержать оплату хоть на день, отключают сразу. А поставщик не отвечает ни за что. Работают по предоплате, но нормальную услугу обеспечить не могут, - сетует фермер.
Игорь Губин, в свою очередь, оказался в центре сразу нескольких конфликтов с инфраструктурными структурами. По его словам, «Усадьба Саркел» сейчас судится одновременно с энергетиками и с ГУП Ростовской области «Управление развития систем водоснабжения». Он утверждает, что претензии со стороны ресурсоснабжающих организаций вызывают у хозяйства серьезные вопросы.
- Нам выставили счет за три года потребления воды до того, как соответствующий объект вообще был физически смонтирован. В иске огромное количество несостыковок. В ответ на наши вопросы - молчание.
Именно в этом, по словам собеседников, и заключается главный парадокс нынешней ситуации. Федеральные средства на развитие отрасли формально выделяются, но на местах система, как утверждают виноделы, не позволяет использовать их эффективно. Выплаты приходят с опозданием или не приходят вовсе, условия получения помощи не совпадают с реальным циклом сельхозработ, а давление со стороны инфраструктурных монополий и проверяющих структур только усиливается. При этом обещанная региональными властями помощь с продвижением донского вина в магазинах и ресторанах, а также со сбытом продукции, как считают производители, заметного результата пока не дала.
Несмотря на резкие оценки, Губин не считает положение безнадежным и подчеркивает, что у донского виноделия по-прежнему есть серьезный потенциал.
- Потенциал Ростовской области все равно огромен. В этой индустрии можно и нужно зарабатывать. Но если не решить системную проблему, бизнес на местах задохнется. Будет обидно, если сотни миллионов федеральных субсидий окажутся зарытыми в донскую землю, пока Кубань и Крым создают процветающую винную экономику.
Пока же, по словам участников рынка, речь идет не о новом этапе роста, а о попытке сохранить уже созданное. Несколько хозяйств уже выставлены на продажу, и фермеры опасаются, что это лишь начало более широкого сокращения отрасли. Юрий Химичев считает, что без изменения подходов число таких случаев может увеличиться.
- Уверен, если ничего не изменится, то в ближайшем будущем их станет больше.
