главное сегодня:
В редакцию Национального аграрного агентства обратился глава крестьянского фермерского хозяйства из Ленинградской области Алексей Фёдорович Мышастый. История, которую он рассказал, уникальна по своей абсурдности: местное Управление Роспотребнадзора выдало фермеру предписание о полном запрете деятельности — при том, что ещё несколько лет назад все без исключения государственные органы давали ему разрешения, одобряли проект и оказывали многомиллионную поддержку. Когда ферма была уже построена, Роспотребнадзор обнаружил, что участок расположен в зоне санитарной охраны источника водоснабжения, и потребовал уничтожить производство. Логика такого решения, мягко говоря, вызывает вопросы — особенно на фоне того, что на смежной территории активизировался крупный девелопер. В интервью нашему изданию Алексей Мышастый рассказал, как развивалось его хозяйство, почему чиновники сначала всё разрешали, а теперь запрещают, и объяснил, почему сложившуюся ситуацию он считает опасным прецедентом для всего российского агропрома.
Мышастый А.Ф.: Своё хозяйство я зарегистрировал в 2008 году. Купил землю в Гатчинском районе, завёл коров, приобрёл трактор и постепенно начал расширять деятельность: запустил переработку молока, построил конюшню, занялся птицей и переработкой мяса. Планировалось построить цех по переработке молока на 12 тонн молока за смену, построить птичники на 450 тысяч голов, коровники на 350 голов, свинарник, убойный пункт и много чего другого для фермерской деятельности. Но осенью 2024 года проверка Роспотребнадзора поставила крест на моей успешной деятельности. Проблема возникла из-за того, что участок, как вдруг оказалось, расположен во втором поясе ЗСО (зоны санитарной охраны) подземного источника питьевого водоснабжения «Орловские Ключи».
ROSNG: Когда Вы покупали землю, были ли какие-то указания насчёт этого или, может быть, ограничения? Ведь тогда получается, что само государство выдало вам все разрешения на проект?
Мышастый А.Ф.: Нет, до этого момента никаких предписаний и запретов не было. В 2009-м году, когда тот же самый Роспотребнадзор выдал санэпидзаключение на проект ЗСО этого водозабора, там уже были указаны шесть или семь сельскохозяйственных предприятий, в том числе совхоз Верево, на бывших землях которого теперь расположено и моё КФХ, и у которого тоже была основная специализация «молочное КРС». Таким образом, размещение животноводческих, птицеводческих предприятий допустимо во втором поясе ЗСО. Согласно норме 3.2.3.1 СанПиН 2.1.4.1110-02, в такой зоне не разрешается размещать только такие животноводческие, птицеводческие предприятия и объекты, которые несут опасность микробного загрязнения подземных вод. Если опасности они не создают, то работать можно.
Более того, Роспотребнадзор также согласовал санитарно-защитную зону моего КФК и в санитарно-эпидемиологическом заключении аж на 13 листах было перечислено вообще всё: что производится, каким образом и какие сооружения есть и будут построены в дальнейшем. Там описаны и птичники, и коровники, и навозные площадки, и лагуны для жидкой фракции навоза, свинарник и прочее. В ходе проверки никаких нарушений и отступлений от согласованных решений выявлено не было: навоз на землю не попадает, животные находятся на бетонированных полах с гидроизоляцией и так далее...
Я также представил гидрогеологическое заключение инженера-гидрогеолога о том, что водоносный горизонт является защищённым, расположен под слоем глины в 23 метра. То есть биологическое заражение этого горизонта исключено в любых сценариях. Я сам пью эту воду, у меня пробурены четыре скважины, оформлены лицензии на недропользование. Причём геологические изыскания были сделаны при проектировании и прошли государственную экспертизу.
ROSNG: Проверка Роспотребнадзора в 2024 году нарушений по вашему хозяйству не выявила, однако предписала деятельность прекратить. Может быть, они предполагают, что когда вы реализуете полностью свой проект и выйдете на заявленные мощности, то ситуация с водой в округе станет очень плохая?
Мышастый А.Ф.: Нет, ведь когда устанавливали санитарно-защитную зону, все расчёты были сделаны, в том числе, с учётом еще не построенных, но планируемых объектов, так сказать, «на вырост». Когда была проверка полтора года назад, никаких нарушений найдено не было, хотя проверяли всё с усердием и пристрастием. Однако, по итогу в акте написали, что поскольку моё хозяйство расположено во втором поясе зоны санитарной охраны источника водоснабжения, его работа недопустима. Как будто то, что моё хозяйство находится в этом поясе ЗСО, для них какая-то новая информация! Когда они мне устанавливали санитарно-защитную зону, кто им мешал написать отказ на основании того, что расположение хозяйства там недопустимо? Я ведь заранее оформил всю документацию, добросовестно полагался на их мнение и развивал ферму. К слову сказать, во вторых поясах ЗСО расположены практически вся Московская область и Ленинградская, прилегающая к Петербургу, и везде тоже много фермерских хозяйств и сельхозпредприятий. Таким образом, сейчас создан очень опасный прецедент.
ROSNG: А может, запрет связан с тем, что поблизости от Вашего КФХ появился девелоперский проект?
Мышастый А.Ф.: Девелопер купил смежный участок только в 2021 году, и пока проект существует лишь на бумаге. В соответствии с изменениями в Генплан от декабря 2025 года там должны появиться сразу две функциональные зоны: ИЖС (индивидуальной жилой) и ОД (общественно-деловой) застройки. Причём к тому моменту уже была установлена санитарно-защитная зона моего хозяйства, которая на одну треть покрывает территорию смежного участка, и планировать именно в этой трети размещение ИЖС было, что называется, издевательским решением. То есть моё хозяйство однозначно им мешает. Вообще территория в 30 километрах от Санкт-Петербурга – зона перспективной застройки и лакомый кусок для застройщиков. Один гектар земли под жилые проекты здесь стоит 50 миллионов рублей.
ROSNG: С Вашим участком, насколько мы знаем, несколько лет назад возникла ещё одна проблема. В 2020 году были внесены изменения в Генплан и он стал относиться к сельхозугодьям, где строить вообще ничего нельзя. Как так получилось?
Мышастый А.Ф.: Да, такая проблема возникла в 2020 году, когда при очередном изменении генплана моя территория стала вдруг считаться угодьями. Тут следует пояснить, что угодья от всех прочих сельскохозяйственных земель отличаются отсутствием град регламента – на них ничего нельзя строить. Это должны быть земли повышенной урожайности с отменным качеством почв. То, что мои участки стали вдруг относится к сельхозугодьям, я узнал случайно, уже после того, как были построены коровники и конюшни. У меня на руках был при этом действующий градостроительный план земельного участка, выданный ранее администрацией Гатчинского района, с так называемым пятном застройки, то есть зоной допустимого размещения зданий, строений и сооружений и я был, что называется, в своем праве.
К 2020-му году, когда этот участок в Генплане стал угодьями, на нём уже были построены и зарегистрированы многие объекты, в администрации об этом знали, я сдавал статистику в районное АПК, получал различные субсидии (на переработку молока, на сохранение маточного поголовья, на комбикорм). Кроме того, мощность плодородного слоя на этих землях всего 15 сантиметров, а должно быть минимум полметра. Почвы тощие, переувлажненные и подболоченные и не могут никак быть угодьями, а как раз имеют все признаки так называемых неудобий и не пригодны для возделывания сельхоз культур.
Я сделал проект внутрихозяйственного землеустройства (последние 30 лет никто таких проектов не делал), провёл бонитировку земель, направил его в фонд геоданных. Решение об отнесении территории к угодьям однозначно было ошибочным и направленным на искусственный запрет ее освоения. В том числе и поэтому многие сельхозземли заброшены и зарастают бурьяном – потому что на них нельзя построить ни амбар, ни сарай, ни птичник, ни коровник, ни навозохранилище. Но это же угодья!
На бумаге там будут рисовые поля, виноградники и чайные плантации, а по факту – овраги… Но потом на них вдруг меняется собственник и возникают жилые дома… Но теперь, наконец, после внимания депутатов, обращения в СМИ, неоднократных писем в администрацию района появилась надежда, что здравый смысл возобладал и при очередном изменении генплана территория вновь обретет статус сельхозпроизводства с град регламентом и возможностью развивать хозяйство и дальше.
ROSNG: Ваше хозяйство получило в общей сложности 26 миллионов рублей грантовых денег. В 2018-ом – 18 миллионов на развитие материально-технической базы сельхозкооператива и в 2023 – грант «Семейная животноводческая ферма». Перед тем как их выдать, наверняка же подробно изучался Ваш проект?
Мышастый А.Ф.: Конечно же, Комитет по агропромышленному комплексу, прежде чем выдать гранты, изучил всю документацию, и, выдав гранты, запланировал освоение и развитие территории, увеличение объема производства сельхозпродукции, расширение мощностей. Но тот же Комитет при каждом изменении в генплан согласовывает и зонирование территории (зону сельхозпроизводств и зону угодий), такие изменения принимаются постановлением правительства Ленинградской области. Как пропустили в 2020 году – не ко мне вопрос… К слову, смежный участок, намеченный под девелоперские проекты, как раз отличается хорошими почвами, но это не помешало перевести его в зону ИЖС.
ROSNG: Сейчас этот же Комитет по агропромышленному и рыбохозяйственному комплексу начал в отношении Вас проверку по соблюдению условий гранта на развитие семейной фермы. Они знают, что Вам запретили вести деятельность?
Мышастый А.Ф.: Я сам ранее уведомил их о том, что у меня есть предписание о запрете. Деньги на семейную животноводческую ферму освоены, достижение целевых показателей обеспечено, но эти объекты я не могу использовать по прямому назначению. При этом обязательства по сохранению деятельности в течение пяти лет после гранта, по обеспечению удоев, приросту сельхозпроизводства и созданию рабочих мест никто не отменял. Отдельный вопрос – как они будут проверять моё хозяйство, если объекты на сегодняшний день не могут мной эксплуатироваться.
ROSNG: Отстаивая свою правоту, Вы рассылали обращения во всевозможные инстанции, прошли не один суд и даже обращались в Верховный суд РФ. Кто-то вызвался помочь?
Мышастый А.Ф.: Депутаты пытаются помочь. Наш депутат Госдумы от Ленинградской области Сергей Васильевич Яхнюк, президент АККОР депутат Владимир Николаевич Плотников, да весь аграрный комитет Госдумы в курсе моей ситуации. Направить депутатский запрос, привлечь внимание исполнительной власти к проблеме – это очень мощное подспорье. Будем надеются, что с их помощью удастся достучаться и до Роспотребнадзора.
ROSNG: Вы рассказали, что в территориальном Управлении Роспотребнадзора новый руководитель, и есть какая-то надежда на диалог.
Мышастый А.Ф.: Теоретически, имеются все возможности, Роспотребнадзор вполне может отменить собственное предписание. Они наконец-то могут прочитать гидрогеологическое заключение о том, что водоносный горизонт является защищённым, обратить внимание на то, что во 2-м поясе ЗСО расположены и иные сельхозпредприятия, деятельность которых никто не запрещал, что по результатам проверки не выявлено никаких нарушений в деятельности моего КФХ и отклонений от согласованных проектных решений. Но пока этого не случилось.
ROSNG: За период, пока Вы ведёте тяжбы, во сколько оцениваете свои убытки?
Мышастый А.Ф.: В десятки миллионов рублей, а вложенных средств – больше ста миллионов. Но дело даже не в деньгах. Главное — из-за чьей-то бюрократической нерасторопности, из-за ошибок, которые допустили государственные органы и конкретные чиновники, сегодня под угрозой уничтожения оказалось успешное действующее сельхозпредприятие. А кто должен покрывать эти убытки? Это ведь не просто цифры в балансе. Это рабочие места для людей в сельской местности, это налоги в местный бюджет, это качественная, свежая продукция, которую мы производили для жителей региона. Получается парадокс: государство одной рукой одобряло проекты, выдавало гранты и поддерживало развитие, а другой — теперь этим же предписанием уничтожает результат многолетнего труда. Ради чего это делается?
